.RU

У истоков "Большой игры" - Памятная дуэль


У истоков "Большой игры"



Зачинателями радиоигр с использованием захвачен­ных агентов-радистов разведывательных органов фаши­стской Германии, первопроходцами в этом важном деле, его организаторами явились два замечательных, к вели­кому сожалению, уже ушедших из жизни чекиста: на­чальник отдела центрального аппарата советской контр­разведки генерал-майор (тогда майор госбезопасности с одним ромбом в петлицах) Петр Петрович Тимофеев и начальник отделения этого же отдела генерал-майор (тог­да капитан госбезопасности с тремя шпалами в петлицах) Барышников Владимир Яковлевич. По своим личностным характеристикам это были антиподы, два противополюсных человека. Петр Петрович, которого оперативные работники между собой называли "ПП", был среднего роста, плотный, с массивной, наголо выбритой головой, с крупными чертами слегка удлиненного лица, веселый, жизнерадостный, энергичный. Он пользовался непрере­каемым авторитетом в коллективе за знание дела, умение ухватиться за главное, стремление к постоянному совер­шенству, простоту обращения с работниками, справед­ливость и корректность в оценке их работы и поведения.

В отличие от "ПП", который своим неугомонным характером вносил постоянную живую струю в жизнь коллектива, Владимир Яковлевич представлял собою об­разец кабинетного работника, склонного больше к ана­литической, научной работе. Чуть ниже среднего роста, тоже довольно плотный, но в сравнении с "ПП" более рыхловатый, он почти постоянно находился в позе ссу­тулившегося человека, буквально уткнувшегося лицом в бумаги за письменным столом, виной чему была его сильная близорукость и принципиальное нежелание но­сить очки. Он отличался мягким, покладистым характе­ром, был доброжелателен, тактичен, интеллигентен и очень принципиален. Работники искренне уважали его за ум, эрудицию, исключительное трудолюбие, честность и правдивость. Это был всеми уважаемый чекист с чи­стыми руками, горячим сердцем, светлой головой и трез­вым умом, простой и скромный работяга, лишенный какого-либо позерства, целиком и полностью отдавав­шийся службе. За успехи, достигнутые в Ленинграде в тридцатые годы, он был награжден орденом Красной Звезды, что тогда было большой редкостью.

У Барышникова В.Я. было три заместителя, являв­шиеся руководителями направлений. Одним из них, воз­главлявшим направление, занимавшееся использованием захваченных вражеских агентов с рациями, был ныне покойный Ендаков Николай Михайлович, бывший осо­бист авиации, носивший по привычке летную форму с двумя шпалами в петлицах. В свои тридцать два года он заслуженно пользовался репутацией бывалого чело­века, имевшего весомый опыт оперативной работы. До­статочно сказать, что уже в возрасте 27—28 лет (1936— 1937 гг.) он занимал пост комиссара авиации республиканской армии в Испании. Живой по натуре, общитель­ный, всесторонне развитый, обладавший хорошими организаторскими способностями и инициативой, Николай Михайлович в то же время был деликатным, демок­ратичным и гибким человеком.

Первоначально в подчинении Ендакова Н.М. было два работника: автор этих строк — оперативный уполно­моченный с тремя кубиками в петлицах, вскоре повы­шенный в должности до старшего оперуполномоченного, и оперативный уполномоченный Лебедев Иван Петрович (ныне покойный), прибывший с Ленинградского фронта в звании капитана. Летом 1942 года в связи с увеличением объема работы группу пополнил еще один работник — оперативный уполномоченный Григоренко Григорий Фе­дорович, 24-летний украинец, только что зачисленный в центральный аппарат контрразведки.

Николай Михайлович с пониманием относился к каждому из нас, являвшихся по существу еще "салагами" в чекистской работе, всячески поощрял нашу самостоятельность, инициативу и творческое отношение к делу. В результате в группе царила атмосфера деловитости, взаимовыручки, стремления как можно лучше решить поставленные перед ней задачи. В этом составе группа проработала до момента реорганизации, прошедшей в мае 1943 года, о чем будет рассказано позже.

Первая попытка



В ночь на 12 февраля 1942 года из населенного пунк­та Клягинский Ульяновского района Орловской области, примерно в 25 км к северо-западу от Волхова, гитлеровцы перебросили через линию фронта в расположение частей Советской Армии шпионскую группу в количестве 22 человек на шести санных повозках с легендой, что она является командой связи, выполняющей специальное за­дание штаба ПВО 50-й советской армии. Легенда под­креплялась соответствующими фиктивными документа­ми, изготовленными от имени в/ч № 1319, подтвержда­ющей, что команда выезжает в районы действий 154, 325 и 340-й дивизий. Перед группой была поставлена задача пройти по специальному маршруту в районах расположения 61, 50, 16 и 10-й советских армий на линии Козельск, Сухиничи, Мещевск, Мосальск и уста­новить наличие штабов, крупных соединений и частей Советской Армии, складов оружия, боеприпасов и мате­риального обеспечения, наблюдать за передвижением во­инских частей, идущих к линии фронта, состоянием морально-патриотического духа военнослужащих и граж­данского населения, за обеспечением фронта и тыла продовольствием и необходимым снаряжением.

В составе группы находились два радиста, которые по приданной им агентурной коротковолновой рации дол­жны были добытую шпионскую информацию передавать немцам.

После захвата шпионской группы Тимофеев и Ба­рышников вышли с предложением к руководству Нар­комата о включении рации в работу под контролем нашей контрразведки с использованием одного из радистов. Пла­ном операции предусматривалось, что группа, вопреки полученным от противника указаниям о возвращении в разведорган из-за неблагоприятно сложившейся обста­новки не смогла перейти линию фронта, вынуждена была уйти в более глубокий тыл и, находясь под Калугой, ждать получения от немцев помощи (документы, продо­вольствие, обмундирование, батареи для рации).

Для создания правдоподобности этой версии из числа бойцов войск НКВД СССР и пограничников была сфор­мирована группа по образцу захваченных шпионов с включением в ее состав радистов (находившихся, есте­ственно, под охраной) и разработан маршрут ее пере­движения. Командиром группы был назначен майор Богданчиков.

Первый раз вышли в эфир и пытались связаться с немцами из села Георгиевское под Калугой, затем из деревни Василенки. Однако, ни на эти, ни на последующие вызовы, противник не ответил. О причинах можно только догадываться. Очевидно, невыполнение приказа о возвращении группы через линию фронта и ее дли­тельное молчание (начали работу спустя 20 дней после захвата шпионов) было расценено разведорганом немцев как факт провала.

Таким образом, первая попытка начать радиоигру с противником оказалась неудачной. Она лишний раз подтвердила справедливость бытующей в народе поговор­ки — "Первый блин всегда комом".

Лед тронулся



Весна 1942 года с точки зрения оперативной обста­новки на лексиконе контрразведчиков могла бы быть с полным основанием названа "шпионским половодьем". Дело в том, что в строй действующих шпионских резидентур гитлеровской разведки, подготовленных за осен­не-зимний период, становятся курсанты первых выпусков разведывательных и диверсионных школ, которые в спешном порядке направляются на выполнение боевых зада­ний в тылы Красной Армии. Основными поставщиками шпионских кадров для этих резидентур были Варшавская (центральная) и Борисовская (с филиалами в Катыне и Орджоникидзеграде) разведывательные школы. Перебро­ску агентуры с предварительным проведением всех не­обходимых мероприятий осуществляли: на северном на­правлении разведывательный орган с условным названи­ем "Марс", дислоцировавшийся в Пскове; на центральном участке фронта — "Сатурн", дислоцировавшийся в Смо­ленске; на южном направлении — "Орион", дислоциро­вавшийся в Полтаве. Общее руководство деятельностью этих разведывательных органов осуществлял штаб "Валли", находившийся под Варшавой. Заканчивали подго­товку первых выпусков шпионских кадров и другие, менее престижные разведывательные школы, созданные в осенне-зимний период 1941—1942 годов на всем про­тяжении советско-германского фронта от Крайнего севера до Черного моря на временно оккупированной против­ником территории Карело-Финской, Эстонской, Латвий­ской, Литовской, Белорусской, Украинской союзных ре­спублик и восточных областей РСФСР.

В соответствии с планами Верховного командования фашистской Германии на период летней кампании 1942 года, предусматривавшими наступательные операции на флангах Москвы, основными районами насаждения шпи­онских резидентур в этот период явились территории, расположенные севернее Москвы (Ленинградская, Кали­нинская, Вологодская, Ярославская, Ивановская области) и южнее ее (Тамбовская, Воронежская, Пензенская, Куй­бышевская, Саратовская, Сталинградская области).

Решая эту главную задачу, гитлеровская разведка, разумеется, старалась держать в поле своего зрения и другие важные районы, особенно прифронтовую зону, куда беспрерывно перебрасывалась агентура не только через линию фронта с кратковременными заданиями, но и с самолетов на парашютах, снабженная рациями для связи, со своими боеприпасами, продовольствием, обмун­дированием, деньгами, документами.

Таким образом, органы советской контрразведки бы­ли поставлены перед необходимостью дать не только надлежащий отпор действиям вражеской разведки, но и, взяв инициативу в свои руки, полностью парализовать ее деятельность.

В достижении этой задачи важная роль принадле­жала радиоиграм. Начало их было положено в марте 1942 года. Первая дуэль, условно названная "Ястреб", велась из города Иваново от имени агента-радиста Яст­ребова, окончившего варшавскую разведывательную шко­лу и 12 марта заброшенного с самолета на территорию Ивановской области.

Ястребов имел задание пробраться в Иваново, осесть там на жительство по фиктивными документам и при­ступить к сбору сведений военного, экономического и политического характера, наблюдать за переброской войск к фронту по железной дороге и добытые сведения пере­давать по радио. После приземления он явился добро­вольно с повинной в органы госбезопасности, дал под­робные показания по интересовавшим чекистов вопросам, и поэтому было принято решение привлечь его к участию в радиоигре. Связь с разведцентром противника была установлена 14 марта, однако из-за технической неисправности рации устойчивого радиообмена удалось добить­ся лишь середине апреля. После передачи серии радио­грамм с рекомендованной Генеральным штабом военной дезинформацией, 17 мая 1942 года от "Хозяев" была полу­чена депеша следующего содержания: "Просим ваш точ­ный адрес и предложение способа для доставки вам батарей и денег".

На этот запрос был сообщен адрес жительства Яс­требова в Иваново с пожеланием доставить груз с курь­ером, так как доставка самолетом опасна из-за усиленного контроля прилегающей к городу местности.

19 сентября 1942 года по указанному адресу явился агент-связник Верховский (он был задержан чекистами), доставивший Ястребову батареи к рации и десять тысяч рублей. После вручения груза он должен был возвра­титься обратно через линию фронта.

Однако развить радиоигру "Ястребу" дальше не пред­ставилось возможным. При передаче благодарственной телеграммы за оказанную помощь Ястребов допустил ошибку, перепутав условность на случай провала. После чего радиосвязь была прекращена.

Почти одновременно с радиоигрой "Ястреб" была начата радиоигра "Львов" в городе Ярославле от имени трех агентов, выброшенных немцами на территории Бровичского района Ленинградской области. Шпионы имели задание проникнуть в Ярославль с целью получения данных о численности, наименовании и дислокации во­инских частей гарнизона, их обеспеченности вооружени­ем и боеприпасами, о наличии промышленных предпри­ятий и выпускаемой ими продукции, о прохождении воинских грузов в сторону фронта, а также о количестве и наименовании вооружения, поступающего из США и Англии. Агенты были снабжены коротковолновой рацией, деньгами в сумме 12 тысяч рублей, наганами, фиктив­ными документами. На случай задержания имели леген­ду, согласно которой они якобы бежали из лагеря воен­нопленных.

Поскольку показания агентов по многим вопросам были противоречивыми и вызывали сомнения, радиоигра была начата лишь только спустя 20 дней после их вы­броски. Задержка в установлении связи была объяснена противнику якобы неудачным приземлением и подбором удобного местожительства. Тем не менее, радиоигра раз­вивалась успешно.

Одновременно с передачей ряда сообщений с дез­информацией по интересовавшим немцев вопросам было сообщено, что агенты нуждаются в помощи деньгами и документами.

Разведорган ответил согласием и в ночь на 24 июня 1942 года в обусловленном месте сбросил баллон, в ко­тором находились деньги, документы и продукты питания.

Радиоигра продолжалась до 11 января 1943 года.

Итак, как говорится, "лед тронулся!". Всего в марте было задействовано 7 радиоточек, в апреле — девять, в мае — десять. Количество забрасываемых фашистской раз­ведкой обученных шпионских кадров в тыл Красной Армии увеличивалось с каждым месяцем.

Неожиданный нокаут



Продолжая расширять фронт борьбы с вражеской разведкой, органы советской контрразведки к концу 1942 года уже задействовали в радиоиграх 56 радиостан­ций, изъятых у заброшенных на территорию СССР шпи­онских групп. По поступавшим сообщениям в адреса использовавшихся агентов, было видно, что разведка им доверяет и возлагает на них большие надежды. Почти все требования агентов об оказании им той или иной помощи со стороны вражеской разведки выполнялись беспрекословно. Нормально себя вели и привлеченные к участию в радиоиграх агенты немецкой разведки, пони­мая, что им оказано большое доверие, дающее возмож­ность искупить свою вину перед Родиной.

И вдруг совершенно невероятный случай. Вот как это произошло.

19 апреля 1942 года на территории Клетского района Сталинградской области был сброшен на парашюте агент германской разведки, бывший лейтенант Красной Армии Орлов. После приземления он добровольно явился в ор­ганы Советской власти и сдал коротковолновую радио­станцию, оружие, деньги, фиктивные документы. На следствии Орлов вел себя искренне: подробно рассказал о полученном им задании, о варшавской школе герман­ской разведки и известных ему агентах, передал шифр и код, условный пароль на случай провала.

Было решено привлечь Орлова к работе на радио­станции под диктовку советской контрразведки. В ходе радиоигры легендировалось, что Орлов познакомился с машинисткой штаба резервной армии, от которой узнавал серьезные сведения.

К сообщениям Орлова немецкая разведка проявила повышенный интерес и, опасаясь потерять важный ис­точник "информации", обещала ему прислать деньги, документы, батареи и потребовала сообщить явочный адрес. Для того, чтобы встретить и арестовать агента-курьера, Орлова освободили из-под стражи и после со­ответствующего инструктажа поселили в квартире, адрес которой был сообщен противнику. Вместе с Орловым в квартире поселились два сотрудника УНКВД по Сталин­градской области, которые должны были оказать Орлову содействие в решении поставленной перед ним задачи.

20 июля, на третий день после приземления, был задержан агент-связник, оказавшийся бывшим майором Советской Армии Амозиным, переброшенным немецкой разведкой с заданием вручить Орлову 10 тысяч рублей, фиктивные документы и батареи для радиостанции, и остаться у него в качестве помощника. После окончания следствия и выяснения всех обстоятельств было решено сообщить противнику о прибытии курьера, но одновре­менно указать, что Амозин оказался нечестным челове­ком и часть денег присвоил себе.

28 июля 1942 года передал следующую радиограмму:

"Прибыл Амозин, привез батареи и 8 тысяч рублей, а я, как мне известно, должен был получить 10 тысяч рублей. В беседе выяснилось, что Амозин хочет поехать домой. Рассказывая о себе, он упомянул, что был большим командиром в Красной Армии, и жаловался на тепереш­нее свое положение. Как мне теперь с ним держаться? Благодарю за внимание".

Таким образом, операция по задержанию курьера была проведена удачно. И когда на следующий день начальнику отдела контрразведки доложили, что Орлов, выйдя погулять, не вернулся домой, это его не встрево­жило, так как он полностью доверял Орлову. Кроме того, еще накануне Орлов жаловался ему на то, что, поскольку сотрудники мешают ему встречаться со знакомой девуш­кой, он собирается провести с ней время за Волгой. Но прошло двое суток, а Орлов не возвращался. Наконец, пришло письмо от него, доставленное по городской почте. В нем содержалось:

"Вот, наконец, я ушел от вас, господин начальник.

Как вы себя чувствуете? Сейчас, когда вы читаете мое письмо, я в составе передовых частей германской армии двигаюсь к городу, в который мы скоро войдем победным маршем. Желаю благополучно унести ноги. Орлов".

Легко представить, как должен был чувствовать себя начальник отдела контрразведки, получив это письмо!
2010-07-19 18:44 Читать похожую статью
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © Помощь студентам
    Образовательные документы для студентов.