.RU

Ray Bradbury "Something Wicked This Way Comes" - 19


- высокий, рыжий, неистовый. Но эта попытка оказалась роковой. С минуту
назад последние легчайшие узы распались, последний засов, удерживавший жизнь
за дверью тела, отскочил, и тот, кто был Основателем, сбросил последние
скрепы и вознесся клубами пыли и вихрем осенних листьев. М-р Кугер,
обмолоченный в последний урожай, затанцевал легчайшим прахом над лугами.
Древнее зерно в силосной башне тела взметнулось мучной пылью и исчезло;
было - и прошло.
- Нет, нет, нет, нет, - монотонно бормотал кто-то рядом.
Чарльз Хэллуэй тронул сына за руку. Оказывается, это Вилли бормотал
монотонное "нет". Мысли его текли параллельно мыслям отца, он тоже видел все
стадии: суету над останками, пыльный фонтан и удобренные травы вокруг...
Теперь в лунном свете остался нелепый перевернутый Стул, а уроды,
тащившие м-ра Кугера на последний костер, разбежались и попрятались в тени.
"Не от нас ли они разбежались? - подумал Вилли. Что-то ведь заставило
их бросить Стул. Или - кто-то?"
Кто-то! Вилли вытаращил глаза.
Перед ним, чуть поодаль, пустая карусель, поскрипывая, совершала свой
обычный путь через Время. Неторопливо.
Вперед.
А между ней и брошенным Электрическим Стулом стоял... уродец? Нет...
- Джим!
Отец ударил сына под локоть, и Вилли заткнулся.
"Или... но это же Джим?! - подумал он. - А где же тогда мистер Дарк?
Наверное, где-то неподалеку. Кто еще мог запустить карусель? Кто еще мог
притащить сюда всех: и Джима, и их с отцом?"
Джим отвернулся от перевернутого Стула и медленно двинулся дальше, к
своему бесплатному аттракциону.
Перед ним лежала его всегдашняя цель. Бывало, он, как флюгер,
поворачивался то в одну сторону, то в другую, колебался, завидев новые дали,
порывался в каком-нибудь показавшемся симпатичным направлении, но вот сейчас
наконец определился окончательно, вытянулся и завибрировал в силовом потоке
музыкальных ветров. Он все еще пребывал в полусне.
И он не смотрел по сторонам.
- Иди догони его, Вилли, - подтолкнул отец.
Вилли пошел. Джим был уже возле карусели. Поднял правую руку. Медные
шесты, как спицы колеса, проплывали мимо, улетали в будущее. Они проникали в
тело, подхватывали, тянули, как сироп, захватывали кости и разжеванной
тянучкой тащили за собой. Отблеск надраенной меди лег на скулы Джима,
стальной блеск мелькнул и остался в глазах. Джим подошел вплотную. Медные
спицы постукивали его по ногтям протянутой руки, вызвякивая какой-то свой
мотивчик.
- Джим!
Спицы мелькали мимо, сливаясь в медный рассвет в ночи.
Музыка рванулась звонким фонтаном звуков.
- И-иииииии!
Джим подхватил музыкальный вопль.
- И-ииииии!
- Джим! - Вилли бежал и кричал на бегу.
Джим хлопнул ладонью по шесту, шест вырвался. Но набежал следующий, и
ладонь Джима словно припаялась к нему. Сначала - запястье, потом - плечо, и,
наконец, все еще не проснувшееся тело Джима оторвало от земли.
Вилли был уже рядом. Он успел схватить Джима за ногу, но не сумел
удержать, и Джим поехал в плачущей ночи по огромному вечному кругу. Не
потеряв инерции, Вилли бежал за ним.
- Джим, слезай! Джим, не бросай меня тут!
Центробежная сила отбросила тело Джима, он летел, держась за шест, под
каким-то немыслимым, углом к плоскости круга, откинув в сторону другую руку,
маленькую, белую, отдельную ладонь, не принадлежащую карусели, помнящую
старую дружбу.
- Джим, прыгай!
Вилли, как вратарь за мячом, прыгнул за этой рукой... и промахнулся. Он
споткнулся, удержался на ногах, но потерял скорость и сразу безнадежно
отстал. Джим уехал в свой первый круг один. Вилли остановился, ожидая
следующего появления... кого? Кто вернется к нему?
- Джим! Джим!
Джим проснулся! Через полкруга лицо его ожило, теперь им попеременно
владели то декабрь, то июль. Он судорожно вцепился в шест и ехал, отчаянно
поскуливая. Он хотел ехать дальше. Он ни за что не хотел ехать дальше. Он
соглашался.
Он отказывался. Он страстно желал и дальше купаться в ветровой реке, в
блеске металла, в плавной тряске коней, колотящих копытами воздух. Глаза
горят, кончик языка прикушен.
- Джим, прыгай! Папа, останови ее!
Чарльз Хэллуэй взглянул на пульт управления каруселью.
До него было футов пятьдесят.
- Джим, слезай, ты мне нужен. Джим, вернись!
Далеко, на другой стороне карусели, Джим сражался со своими руками, с
шестами, конями, завывающим ветром, наступающей ночью и звездным
круговоротом. Он выпускал шест и тут же хватался за него. А правая рука
откинута наружу, просит у Вилли хоть унцию силы.
- Джим!
Джим едет по кругу. Там внизу, на темном полустанке, откуда унесся
навсегда его поезд, он видит Вилли, Вильяма Хэллуэя, давнего приятеля, юного
друга, и чем дальше уносит его бег карусели, тем моложе будет казаться друг
Вилли, тем труднее будет припомнить его черты... Но пока еще - вон он, друг,
младший друг, бежит за поездом, догоняет, просит сойти, требует... чего он
хочет?
- Джим! Ты помнишь меня?
Вилли отчаянно бросился вперед и достал-таки пальцы Джима, схватил
ладонь.
Зябко-белое лицо Джима смотрит вниз. Вилли поймал темп и бежит вровень
с внешним кругом карусели. Где же отец?
Почему он не выключает ее? Рука у Джима теплая, знакомая, хорошая рука.
- Джим, ну пожалуйста!
Все дальше по кругу. Джим несет его. Вилли волочится следом.
- Пожалуйста!
Вилли попытался остановиться. Тело Джима дернулось.
Рука, схваченная Вилли, рука, пойманная Джимом, прошла сквозь июльский
жар. Рука Джима, уходящего в старшие времена, жила отдельно, она знала
что-то свое, о чем сам Джим мог едва догадываться. Пятнадцатилетняя рука
четырнадцатилетнего подростка. А лицо? Отразится ли на нем один оборот? Чье
оно? Пятнадцатилетнего, шестнадцатилетнего юноши?
Вилли тянул к себе. Джим тянул к себе. Вилли упал на край дощатого
круга. Оба уезжали в ночь! Теперь весь Вилли, полностью, ехал с другом
Джимом.
- Джим! Папа!
"Ну и что? Раз уж не сумел стащить Джима, почему бы не поехать дальше
вместе? Остаться вдвоем и пуститься в путь рука об руку". Что-то начало
происходить в теле Вилли. В нем поднимались неведомые соки, застилали глаза,
отдавались в ушах, покалывали электрическими иголками спину...
Джим закричал. И Вилли закричал тоже.
Их странствие длилось уже полгода, уже полкруга они путешествовали
вдвоем, прежде чем Вилли решился, ухватив Джима покрепче, прыгнуть,
отмахнуться от многообещающих взрослых лет, сигануть вниз, рвануть за собой
Джима. Но Джим не мог отпустить шест, не мог отказаться от своей бесплатной
поездки.
- Вилли! - впервые подал голос Джим, раздираемый между другом и кругом,
одна рука - здесь, другая - там. Он не понимал, одежду с него сдирают или
тело. Глаза у Джима стали алебастровыми, как у статуи. А карусель неслась!
Джим дико вскрикнул, сорвался, нелепо перевернулся в воздухе и рухнул
на землю.
Чарльз Хэллуэй дернул рубильник. Пустая карусель останавливалась. Кони
притормаживали бег, так и не добравшись до какой-то далекой летней ночи.
Чарльз Хэллуэй опустился на колени вместе с Вилли возле неподвижного
тела Джима, потрогал пульс, приложил ухо к груди. Невидящими глазами Джим
уставился на звезды.
- О Боже! - закричал Вилли. - Он что, мертвый?
Глава 52
- Мертвый?.. - Отец Вилли коснулся лица, груди Джима. Нет, я не
думаю...
Где-то неподалеку тоненький голос позвал на помощь. Они подняли головы.
К ним опрометью бежал мальчишка. Он то и дело оглядывался через плечо,
спотыкался о растяжки шатров и задевал плечами билетные будки.
- Помогите! - истошно верещал он. - Помогите, он меня поймает! Я не
хочу! Мама! - Малец подбежал и вцепился в Чарльза Хэллуэя. - Помогите, я
потерялся. Возьмите меня домой, а то этот дядька в картинках поймает меня!
- Мистер Дарк! - выдохнул Вилли.
- Ага, он, он! - тараторил мальчишка. - Он за мной бежал.
- Вилли, - отец встал. -Позаботься о Джиме. Попробуй искусственное
дыхание. Ну, пойдем, малыш.
Мальчонка тут же рванулся прочь. Чарльз Хэллуэй шел за ним и
внимательно разглядывал тщедушное тельце, неправильной формы голову и
откляченный зад. Они отошли от карусели футов на двадцать, и Чарльз Хэллуэй
спросил:
- Послушай, дружок, как тебя зовут?
- Да некогда же! - истерично выкрикнул мальчишка. Джед меня зовут. Идем
быстрее.
Чарльз Хэллуэй остановился.
- Послушай-ка, Джед, - сказал он. Теперь мальчишка тоже остановился и
нетерпеливо повернулся к нему. - А скажи-ка, сколько тебе лет?
- Девять мне, девять! Пойдем, мы же не успеем!
- Девять лет! - мечтательно повторил Чарльз Хэллуэй. Отличная пора,
Джед. Я никогда не был таким молодым.
- Чтоб мне провалиться... - начал мальчишка.
- Вполне возможно, - подхватил Чарльз Хэллуэй и протянул руку. Парнишка
отшатнулся. - Похоже, ты боишься только одного человека, Джед. Меня.
- Чегой-то мне вас боятся? Кончайте вы. Почему?..
- Потому, что иногда зло оказывается безоружно перед добром. Потому,
что иногда даже наигранные трюки не удаются. Не так-то просто столкнуть
человека в яму. И "разделяй и властвуй" сегодня не пройдет, Джед. Куда ты
думал отвести меня? В какую-нибудь львиную клетку?
Придумал еще какой-нибудь аттракцион вроде зеркал или Ведьмы? А знаешь
что, Джед? Давай-ка попросту засучим твой правый рукав, а?
Мальчишка сверкнул глазами и отскочил, но Чарльз Хэллуэй прыгнул за ним
и схватил за шиворот. Вместо того чтобы возиться с рукавом, он просто
сдернул с паренька рубашку через голову.
- Ну вот, Джед, так я и думал, - тихо произнес он.
- Ты... ты...
- Да, да, Джед, я. Но главное - это ты, Джед.
Все тело мальчишки покрывала татуировка. Змеи, скорпионы, прожорливые
акулы теснились на груди, обвивали талию, корчились на спине маленького,
холодного, дрожащего тела.
- Здорово нарисовано, Джед, - одобрил Чарльз Хэллуэй.
- Ты! - Мальчишка размахнулся и ударил.
Чарльз Хэллуэй даже не стал уворачиваться. Он принял удар, а потом
сгреб мальчишку и крепко зажал под мышкой.
Малец забился, задергался и отчаянно заверещал: "Нет!"
- Теперь только "да", Джед, - приговаривал Чарльз Хэллуэй, действуя
одной правой рукой. Левая его не слушалась. - Зря дергаешься, я тебя не
выпущу. Идея была хорошая: сначала разделаться со мной, потом добраться и до
Вилли... А когда явится полиция, ты вроде бы и ни при чем, какой спрос с
мальца? Карнавал? А что - Карнавал? Твой он, что ли?
- Ничего ты мне не сделаешь! - завизжал мальчишка.
- Может быть, и нет, но я попробую, - ласково пообещал Чарльз Хэллуэй,
покрепче прихватывая своего пленника.
- Караул! Убивают! - заорал и заплакал парень.
- Да что ты, Джед, или мистер Дарк, или как тебя там еще, - укоризненно
произнес Чарльз Хэллуэй. - Я и не думаю тебя убивать. По-моему, это ты
собираешься себя прикончить. Ты же не можешь находиться долго рядом с такими
людьми, как я.
Да еще так близко!
- Отпусти, злодей! - застонал мальчишка, извиваясь в руках мужчины.
- Злодей? - Отец Вилли рассмеялся. Судя по рывкам Джеда, звуки простого
смеха доставляли ему не больше удовольствия, чем рой рассерженных пчел. -
Злодей, говоришь? - Руки мужчины еще крепче прихватили маленькое тело. - И
это ты говоришь, Джед? Уж чья бы корова мычала!
Со стороны оно, может, так и выглядит. Злу добро всегда кажется злом.
Но я буду делать только добро. Я буду держать тебя долго, держать и
смотреть, что сделает с тобой добро. Я буду делать тебе добро, Джед, мистер
Дарк, мистер Хозяин Карнавала, паршивый мальчишка, буду делать до тех пор,
пока ты не скажешь мне, что стряслось с Джимом. Лучше тебе разбудить его,
лучше вернуть его к жизни. Ну!
- Я не могу, не могу... - ломкий голос уходит в тело, как в колодец,
глубже, глуше, - не могу...
- Не хочешь?
- ... не могу.
- 0'кей, приятель. Тогда вот так и вот так...
Со стороны их можно было принять за отца с сыном, встретившихся после
долгой разлуки. Мужчина поднял раненую руку и потрогал синяк на скуле,
оставшийся после удара мальчишки, потрогал и улыбнулся. Толпа картинок на
теле мальчика бросилась врассыпную. Глаза маленькой бестии с ужасом впились
в раздвинутые улыбкой губы мужчины. Это была та самая улыбка, которая
недавно поразила насмерть Пыльную Ведьму.
Мужчина крепко прижимал к себе мальчишку и думал: "У Зла есть только
одна сила, та, которой наделяем его мы. От меня ты ничего не получишь.
Наоборот, я заберу у тебя все. И тогда тебе останется только погибнуть".
В глазах мальчика метались огни, словно отражения близко горящей
спички. Но из глубины поднимался страх, и пламя в глазах тускнело,
выцветало, гасло и, наконец, погасло совсем. И тогда вся толпа, весь конклав
чудищ рухнули и придавили маленькое тело к земле.
Наверное, их падение должно было сопровождаться грохотом, как от
горного обвала, но на самом деле в воздухе разнесся всего лишь шелест, как
будто японский бумажный фонарик уронили в пыль.
Глава 53
Чарльз Хэллуэй долго не мог отдышаться. Трепетные тени заполнили
полотняные аллеи. Среди теней угадывались уродливые фигуры. Их так долго
вскармливали их собственными грехами и страхами, что теперь и они не сразу
смогли прийти в себя; держась за шесты и веревки, многие постанывали и
поскуливали от неуверенности. Скелет решил выбраться из надежной тени
поближе к свету. Карлик, еще не догадываясь, а только подозревая о своем
прежнем обличье, боком, как краб, подобрался к карусели и теперь таращился
на Вилли, склонившегося над Джимом, и его отца, почти в той же позе
застывшего в изнеможении над другим детским телом. Тем временем карусель
дотянула последний оборот и встала, как паром, уткнувшийся в заросший травой
берег.
Карнавал превратился в огромный темный камин. В разных уголках тлели
угли настороженных взглядов его обитателей.
Все они тянулись к одному месту.
Там лежал под луной разрисованный мальчик по имени Дарк.
Там лежали поверженные драконы, разрушенные башни, сраженные чудовища
мрачных, древних эр: птеродактили уткнулись в землю, как сбитые самолеты,
страшные раки выброшены на берег отливом жизни. Изображения двигались,
меняли Очертания, дрожали по мере того, как холодела маленькая плоть.
Циклопий глаз на пупке подмигивал сам себе, шипастый трицератопс ослеп и
впал в буйство, картинки, все вместе и каждая в отдельности, прижившиеся на
теле большого м-ра Дарка, теперь ссохлись и стали напоминать
микроскопическую вышивку, этакий расшитый платочек, наброшенный на костлявые
плечи.
Из темноты выступали новые уроды. Лица их напоминали цветом несвежую
постель - арену их поражений в битве за собственные души. Тени медленно
перемещались по кругу, образуя хоровод вокруг м-ра Хэллуэя и неподвижного
тела на земле.
Вилли размеренно поднимал и опускал руки Джима и совершенно не обращал
внимания на собравшихся вокруг зрителей. Они, впрочем, не докучали ему.
Казалось, многие из них стояли, полностью поглощенные своим собственным
дыхательным процессом. Искаженные рты со всхлипами втягивали ночь,
откусывали от нее большие куски и заглатывали, словно долгие годы прожили на
голодном пайке.
Чарльз Хэллуэй следил за метаморфозами картинной галереи,
сосредоточенной на небольшом пространстве лежащего у его ног тела. Оно
остывало на глазах. Смерть вышибала подпорки из-под крошечных кошмарных
композиций, каллиграфические надписи искажались, скрученные жгутами
пресмыкающиеся разворачивались поникшими знаменами проигранной войны, и вот
они уже бледнеют, растворяются, исчезают, одно за другим покидают маленькое
тело.
Уроды вокруг беспокойно зашевелились. Казалось, лунный свет впервые дал
им возможность оглядеться. Одни потирали запястья, не понимая, куда делись
наручники, другие ощупывали шеи, пытаясь обнаружить привычное ярмо, так
долго пригибавшее их к земле. Все недоуменно моргали, не смея поверить
увиденному: возле застывшей карусели лежал клубок бед, средоточие их
несчастий. Они пока не осмеливались подойти, наклониться, потрогать этот
холодный лоб и только взирали в оцепенении, как бледнеют их гротескные
портреты, как тает экстракт их жадности, злобы, язвящей вины, слепых
убеждений, как распадаются ловушки картинок по мере того, как тает этот
невеликий сугробик грязноватого снега. Вот поблек Скелет, за ним потекло и
испарилось изображение уродливого Карлика, вот и Пьющий Лаву освободился от
осенней плоти, а за ним меняется цвет Черного Палача из Лондонских Доков,
взлетел и растворился Человек-Монгольфьер, похудел и стал невидимкой
Толстяк, вспорхнула и исчезла в воздухе целая группа, а смерть все протирала
и протирала дочиста грифельную доску тела.
И вот уже перед Чарльзом Хэллуэем лежал просто маленький мертвый
человек: чистая, без единого пятнышка, кожа, пустые глаза, устремленные на
звезды.
- Ах-ххх! - хором вздохнули странные люди, столпившиеся в тени вокруг.
А потом... Может, старый калиоп вякнул в последний раз, может, гром,
ночующий в облаках, повернулся во сне на другой бок - все вокруг пришло в
движение. Уродов охватила паника.
Свобода бросила их в разные стороны, как камни из пращи. Не стало
своего шатра, не стало грозного Хозяина, не стало самого темного закона,
сбивавшего их в кучу. Они разбегались.
Должно быть, на бегу они цеплялись за веревки и выдергивали колья
растяжек, и теперь само небо, колыхнувшись, начало беспорядочно свертывать и
комкать вздыхающие шатры. Веревки взвивались с шипением, гневно хлестали по
траве. Как темный испанский веер, сложился шатер-зверинец. Вокруг качались и
падали шатры поменьше.
Обнажился и зашатался бронтозаврий костяк главного балагана уродов.
Мгновение он помедлил в нерешительности, плавно взмахнул кожистыми, как у
птеродактиля, крыльями, и Ниагарой хлынул вниз. Три сотни пеньковых змей
взвились в воздух.
Черные шесты с треском подломились. Они стали выпадать, как гнилые зубы
из огромной челюсти; пыльные полотнища хлопотливо забились, пытаясь взлететь
и опадая, умирая от самой обычной силы тяжести, задыхаясь под собственным
весом.
Огромный вздох исторг наружу жаркие испарения чужих земель, взметнул в
воздух тучи конфетти из тех времен, когда еще не было венецианских каналов,
над лугом огромными питонами зазмеились густые струи леденцовых запахов.
Балаган падал, тоскуя и жалуясь; натиск падения одолел наконец три
центральные опоры, и они сломались, как будто три пушки выпалили одна за
другой.
Шквал, пронесшийся над лугом, заставил вскипеть безумный калиоп. Под
его пронзительное сипение всплеснули руками изображения уродов на вымпелах и
знаменах, потом древки качнулись и уронили полотнища на землю.
Возле карусели остался стоять лишь Скелет. Вот он сложился пополам,
нагнулся и поднял фарфоровое тело, бывшее некогда м-ром Дарком. Выпрямился,
постоял и зашагал прочь, в поля. Вилли смотрел, как тощий человек со своим
грузом поднялся на взгорок и скрылся вослед сгинувшему карнавальному
племени.
Вилли нахмурился. Кугер, Дарк, Скелет, Карлик - куда же вы все? Не
убегайте, вернитесь! Мисс Фолей, где вы? М-р Крозетти, все кончилось, можно
передохнуть. Здесь уже не страшно, вернитесь!
Нет. Они бегут, и видно, будут бежать вечно, пытаясь обогнать самих
себя. И ветер ворошит траву, сдувая все следы.
1 ... 12 13 14 15 16 17 18 19 20 2010-07-19 18:44 Читать похожую статью
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © Помощь студентам
    Образовательные документы для студентов.